?

Log in

Новгородский богатырь Василий Буслаев - Тёмный Новгород - руины и легенды [entries|archive|friends|userinfo]
Тёмный Новгород - руины и легенды

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Новгородский богатырь Василий Буслаев [Feb. 3rd, 2009|05:53 pm]
Тёмный Новгород - руины и легенды

dark_novgorod

[dedushka_nomto]

Буслаев в фильме "Александр Невский"

Василий Буслаев, герой двух былин новгородского цикла, созданных в период расцвета торговой и политической жизни Новгорода в 14—15 вв. и испытавших позднейшие влияния 16—17 вв. Осуждение Василий Буслаев, бесшабашного пьяницы и ушкуйника, вступающего в бой со всем Новгородом, сменяется любованием его широкой натурой, удалью, свободомыслием, его «буйным озорством» (М. Горький). Боярский сын в ранних вариантах былины, Василий Буслаев становится со временем выразителем стремлений новгородской вольницы.



Скачать можно тут:
http://filmiki.arjlover.net/filmiki/vasilii.buslaev.avi



Как Василий Буслаев молиться ездил

Под славным великим Новым-городом,
По славному озеру по Илменю,
Плавает-поплавает серь селезень,
Как бы ярой гоголь поныривает,
А плавает-поплавает червлен карабль
Как бы молода Василья Буславьевича,
А й молода Василья со ево дружиною хоробраю,
Тритцать удалых молодцов:
Костя Никитин корму держит,
Малинкой Потаня на носу стоит,
А Василе-ет по караблю похаживает,
Таковы слова поговаривает:
– Свет моя дружина хоробрая,
Тритцать удалых добрых молодцов!
Ставте карабль поперек Ильменя,
Приставайте, молодцы, ко Нову городу! -
А й тычками к берегу притыкалися,
Сходни бросали на крутой бережок,
Походил тут Василеи
Ко своему он двору дворянскому,
И за ним идут дружинушка хоробрая,
Толко караулы оставили.
Приходит Василеи Буслаевичь
Ко своему двору дворянскому,
Ко своей сударыне-матушке,
Матерои-вдове Амелфе Тимофеевне,
Как вьюн, около ея убиваетца,
Просит благословение великое:
– А свет ты, моя сударыня-матушка,
Матера-вдова Амелфа Тимофеевна!
Дай мне благословение великое –
Итти мне, Василью, в Ерусалим-град
Со своею дружиною хоробраю,
Мне-ка господу помолитися,
Святой святыни приложитися,
Во Ердане-реке искупатися.-
Что взговорит матера-вдова,
Матера Амелфа Тимофеевна:
– Гои еси ты, мое чадо милая,
Молоды Василеи Буслаевичь!
То коли ты пойдешь на добрыя дела,
Тебе дам бласловение великое,
То коли ты, дитя, на розбои пойдешь,
И не дам бласловение великова,
А й не носи Василья, сыра земля! -
Камень от огня разгораетца,
А булат от жару растопляетца,
Материна сердце распусщаетца,
И дает она много свинцу-пороху,
И дает Василью запасы хлебныи,
И дает оружье долгомерное:
– Побереги ты, Василеи, буину голову свою! -
Скоро молодцы собираютца
И с матерой-вдовой прощаютца.
Походили оне на червлен карабль,
Подымали тонки парусы полотняныи,
Побежали по озеру Илменю.
Бегут оне уж сутки-другия,
А бегут уже неделю-другую,
Встречю им гости карабелщики:
– Здравствуй, Василеи Буслаевичь!
Куда, молодец, поизвольил погулять? –
Отвечает Василеи Буслаевичь:
– Гои еси вы, гости карабелщики!
А мое-та веть гулянье неохотное:
Смолода бита, много граблена,
Под старость надо душа спасти.
А скажите вы, молодцы, мне прямова путя
Ко святому граду Иерусалиму.-
Отвечают ему гости карабелщики:
– А й гои еси, Василеи Буслаевичь!
Прямым путем в Ерусалим-град
Бежать семь недель,
А околнои дорогой – полтора года:
На славном море Каспицкием,
На том острову на Куминскием
Стоит застава крепкая,
Стоят атаманы казачия,
Немного-немало их – три тысячи;
Грабят бусы-галеры1),
Разбивают червлены карабли.-
Говорит тут Василеи Буслаевичь:
– А не верую я, Васюнка, ни в сон ни в чох,
А й верую в свои червленой вяз.
А беги-ка-тя, ребята, вы прямым путем! -
И завидел Василеи гору высокую,
Приставал скоро ко круту берегу,
Проходил-су Василеи сын Буслаевичь
На ту ли гору Сорочинскую,
А за ним летят дружина хоробрая.
Будет Василеи к полугоре.
Тут лежит пуста голова,
Пуста голова – человечья кость.
Пнул Василеи тое голову з дороги прочь,
Провещитца пуста голова человеческая:
– Гои еси ты, Василеи Буславьевич!
Ты к чему меня, голову, побрасоваешь?
Я, молодец, не хуже тебя был,
Умею я, молодец, волятися
А на той горе Сорочинския.
Где лежит пуста голова,
Пуста голова молодецкая,
И лежать будет голове Васильевой! –
Плюнул Василеи, прочь пошол:
– Али, голова, в тебе враг говорит,
Или нечистой дух! -
Пошол на гору высокую,
На самой сопки тут камень стоит,
В вышину три сажени печатныя,
А й через ево толка топор подать,
В далину три аршина с четвертью.
И в том-та подпись надписана:
«А хто-де станет у каменя тешитца,
А й тешитца-забавлятися,
Вдоль скокать по каменю,–
Сломить будет буину голову».
Василеи тому не верует,
Приходил со дружиною хоробрую,
Стали молодцы забавлятися,
Поперек тово каменю поскакивати,
А вдол-та ево не смеют скакать.
Пошли со горы Сорочинския,
Сходят оне на червлен карабль.
Подымали тонки парусы полотняны.
Побежали по морю Каспицкому,
На ту на заставу карабелную,
Где-та стоят казаки-разбойники,
А стары атаманы казачия.
На пристани их стоят сто человек,
А й молоды Василеи на пристан стань,
Сходни бросали на крут бережок,
И скочил-та Буслаи на крут бережок,
Червленым вязом попираетца,
Тут караулыники, удалы добры молодцы,
Все на карауле испужалися,
Много ево не дожидаютца,
Побежали с пристани карабелныя
К тем атаманам казачиям,
Атаманы сидят не дивуютца,
Сами говорят таково слово:
– Стоим мы на острову тритцат лет,
Не видали страху великова,
Это-де идет Василеи Буславьевичь:
Знать-де полетка соколиная,
Видеть-де поступка молодецкая! -
Пошахал-та Василеи со дружиною,
Где стоят атаманы казачия.
Пришли оне, стали во единой круг,
Тут Василеи им поклоняетца,
Сам говорит таково слово:
– Вздравствуите, атаманы казачия!
А скажите вы мне прямова путя
Ко святому граду Иерусалиму.–
Говорят атаманы казачия:
– Гои еси, Василеи Буслаевичь!
Милости тебе просим за единой стол хлеба кушати
Втапоры Василеи не ослушался,
Садился с ними за единой стол.
Наливали ему чару зелена вина в полтора ведра
Принимает Василеи единой рукой
И выпил чару единым духом,
И толко атаманы тому дивуютца,
А сами не могут и по полуведру пить.
И хлеба с солью откушали,
Збираетца Василеи Буслаевичь
На свои червлен карабль,
Дают ему атаманы казачия подарки свои:
Первую мису чиста серебра
И другую – красна золота,
Третью – скатнова земчюга.
За то Василеи благодарит и кланеетца,
Просит у них до Ерусалима провожатова.
Тут атаманы Василью не отказовали,
Дали ему молодца провожатова,
И сами с ним прощалися.
Собрался Василеи на свои червлен корабль
Со своею дружиною хоробраю,
Подымали тонки парусы полотняныи.
Побежали по морю Каспицкому,
Будут оне во Ердань-реке,
Бросали якори крепкия,
Сходни бросали на крут бережок.
Походил тут Василеи Буслаевичь
Со своею дружиною хороброю в Ерусалим-град,
Пришол во церкву соборную,
Служил обедни за здравие матушки
И за себя, Василья Буславьевича,
И обедню с понафидою служил
По родимом своем батюшке
И по всему роду своему.
На другой день служил обедни с молебнами
Про удалых добрых молодцов,
Что смолоду бито, много граблено.
И ко святой святыни приложился он,
И в Ердане-реке искупался,
И расплатился Василеи с попами и с дьяконами,
И которыя старцы при церкви живут -
Дает золотой казны не считаючи,
И походит Василеи ко дружине из Ерусалима
На свои червлен карабль.
Втапоры ево дружина хоробрая
Купалися во Ердане-реке,
Приходила к ним баба залесная,
Говорила таково слово:
– Почто вы купаетесь во Ердань-реке?
А некому купатися, опричь Василья Буславьевича,
Во Ердане-реке крестился
Сам господь Иисус Христос;
Потерять ево вам будет,
Болшова атамана Василья Буславьевича.–
И оне говорят таково слово:
– Наш Василеи тому не верует,
Ни в сон ни в чох.-
И мало время поизоидучи,
Пришол Василеи ко дружине своей,
Приказал выводить карабль из усья Ердань-реки.
Поднели тонки парусы полотняны,
Побежали по морю Каспицкому,
Приставали у острова Куминскова,
Приходили тут атаманы казачия
И стоят все на пристани карабельныя.
А й выскочил Василеи Буслаевичь
Из своего червленаго карабля,
Поклонились ему атаманы казачия:
– Здравствуй, Василеи Буслаевичь!
Здорово ли съездил в Ерусалим-град? -
Много Василеи не баит с ними,
Подал писмо в руку им,
Что много трудов за их положил:
Служил обедни с молебнами за их, молодцов.
Втапоры атаманы казачия звали Василья обедати,
И он не пошол к ним,
Прощался со всеми теми атаманы казачими,
Подымали тонки парусы полотняныя,
Побежали по морю Каспицкому к Нову-городу.
А й едут неделю споряду,
А й едут уже другую,
И завидел Василеи гору высокую Сорочинскую,
Захотелось Василью на горе побывать.
Приставали к той Сорочинскои горе.
Сходни бросали на ту гору,
Пошол Василеи со дружиною,
И будет он в полгоры,
И на пути лежит пуста голова, человечья кость,
Пнул Василеи тое голову з дороги прочь,
Провещитца пуста голова:
– Гои еси ты, Василеи Буслаевичь!
К чему меня, голову, попиноваешь
И к чему побрасоваешь?
Я, молодец, не хуже тебя был,
Да умею валятися на той горе Сорочинские.
Где лежит пуста голова,
Лежать будет и Васильевой голове! -
Плюнул Василеи, прочь пошел.
Взашел на гору высокую,
На ту гору Сорочинскую,
Где стоит высокой камень,
В вышину три сажени печатныя,
А через ево толко топором подать,
В долину – три аршина с четвертью,
И в том-та подпись подписана:
«А хто-де у каменя станет тешитца,
А й тешитца-забавлятися,
Вдоль скакать по каменю,–
Сломить будет буину голову».
Василеи тому не верует,
Стал со дружиною тешитца и забавлятися,
Поперек каменю поскаковати;
Захотелось Василью вдоль скакать,
Разбежался, скочил вдоль по каменю -
И не доскочил толко четверти
И тут убился под каменей.
Где лежит пуста голова,
Там Василья схоронили.
Побежали дружина с той Сорочинскои горы
На свои червлен карабль,
Подымали тонки парусы, полотняныя,
Побежали ко Нову-городу,
И будут у Нова-города,
Бросали с носу якорь и с кормы другой,
Чтобы крепок стоял и не шатался он,
Пошли к матерои-вдове, к Амелфе Тимофеевне,
Пришли и поклонилися все,
Писмо в руки подали.
Прочитала писмо матера-вдова, сама заплакала,
Говорила таковы слова:
– Гои вы еси, удалы добры молодцы!
У меня ныне вам делать нечево,
Подите в подвалы глубокия,
Берите золотой казны не считаючи.-
Повела их девушка-чернавушка
К тем подвалам глубокиям,
Брали оне казны по малу числу,
Пришли оне к матерои-вдове,
Взговорили таковы слова:
– Спасибо, матушка Амелфа Тимофевна,
Что поила-кормила,
Обувала и одевала добрых молодцов! -
Втапоры матера-вдова Амелфа Тимофеевна
Приказала наливать по чаре зелена вина,
Подносит девушка-чернавушка
Тем удалым добрым молодцам,
А й выпили оне, сами поклонилися,
И пошли добры молодцы, кому куды захотелося.



Василий Буслаев и мужики Новгородские

В славном великом Нове-граде
А й жил Буслай до девяноста лет,
С Новым-городом жил, не перечился,
Со мужики новгородскими
Поперек словечка не говаривал.
Живучи, Буслай состарелся,
Состарелся и переставился.
После ево веку долгова
Аставалася его житье-бытье
И все имение дворянское,
Асталася матера-вдова,
Матера Амелфа Тимофевна,
И оставалася чадо милая,
Молодой сын Василей Буслаевичь.
Будет Васинька семи годов,
Отдавала матушка родимая,
Матера-вдова Амелфа Тимофеевна,
Учить его во грамоте,
А грамота ему в наук пошла;
Присадила пером ево писать,
Писмо Василью в наук пошло;
Отдавала петью учить церковному,
Петье Василью в наук пошло.
А й нет у нас такова певца
Во славном Нове-городе
Супротив Василья Буслаева.
Поводился веть Васка Буслаевичь
Со пьяницы, з безумницы,
С веселыми удалами добрыми молодцы,
Допьяна уже стал напиватися,
А й ходя в городе, уродует:
Которова возмет он за руку,–
Ис плеча тому руку выдернет;
Которова заденет за ногу –
То из гузна ногу выломит;
Которова хватит поперек хрепта,–
Тот кричит-ревет, окарачь ползет;
Пошла-та жалоба великая.
А й мужики новгороцкия,
Посацкия, богатыя,
Приносили жалобу оне великую
Матерои-вдове Амелфе Тимофееве
На тово на Василья Буслаева.
А й мать-та стала ево журить-бранить,
Журить-бранить, ево на ум учить.
Журба Васке невзлюбилася,
Пошол он, Васка, во высок терем,
Садился Васка на ременчетой стул,
Писал ерлыки скоропищеты,
От мудрости слово поставлено:
– Хто хощет пить и есть из готовова,
Валися к Васке на широкой двор,
Тот пей и ещь готовое
И носи платье розноцветное! -
Розсылал те ерлыки со слугой своей
На те вулицы широкия
И на те частыя переулачки.
В то же время поставил
Васка чан середи двора,
Наливал чан полон зелена вина,
Опущал он чару в полтара ведра.
Во славном было во Нове-граде,
Грамоты люди шли прочитали,
Те ерлыки скоропищеты,
Пошли ко Васке на широкой двор,
К тому чану зелену вину.
Вначале был Костя Новоторженин,
Пришол он, Костя, на широкой двор,
Василей тут ево опробовал:
Стал ево бити червленым вязом,
В половине было налито
Тяжела свинцу чебурацкова,
Весом тот вяз был во двенатцат пуд;
А бьет он Костю по буйной голове,
Стоит тут Костя не шевелнитца,
И на буйной голове кудри не тряхнутца.
Говорил Василей Буслаевич:
– Гои еси ты, Костя Новоторженин,
А й будь ты мне названой брат
И паче мне брата родимова! -
А й мало время позамешкавши,
Пришли два брата боярченка,
Лука и Мосеи, дети боярские,
Пришли ко Васке на широкой двор.
Молоды Василей сын Буслаевичь
Тем молодцам стал радошшен и веселешенек.
Пришли тут мужики Залешена,
И не смел Василей показатися к ним,
Еще тут пришло семь братов Сбродовичи,
Собиралися-соходилися
Тридцать молодцов без единова,
Он сам Василей тритцатой стал.
Какой зайдет – убьют ево,
Убьют ево, за ворота бросят.
Послышел Васинка Буслаевичь
У мужиков новгородцкиех
Канун1) варен, пива яшныя,–
Пошол Василеи со дружинею,
Пришол во братшину в Николшину:
– Немалу мы тебе сыпь2) платим:
За всякова брата по пяти рублев! -
А за себе Василей дает пятьдесят рублев,
А й тот-та староста церковной
Принимал их во братшину в Николшину,
А й зачали оне тут канун варен пить,
А й те-та пива ячныя.
Молоды Василей сын Буслаевичь
Бросился на царев кабак
Со своею дружиною хорабраю,
Напилися оне тута зелена вина
И пришли во братшину в Николшину.
И а будет день ко вечеру,
От малова до старова
Начали уж ребята боротися,
А в ыном кругу в кулаки битися;
От тое борбы от ребячия,
От тово бою от кулачнова
Началася драка великая.
Молоды Василей стал драку разнимать,
А иной дурак зашол с носка,
Его по уху оплел,
А й тут Василей закричал громким голосом:
– Гои еси ты, Костя Новоторженин
И Лука, Моисеи, дети боярския,
Уже Васку, меня, бьют! -
Поскокали удалы добры молодцы,
Скоро оне улицу очистели,
Прибили уже много до смерти,
Вдвое-втрое перековеркали,
Руки, ноги переламали,-
Кричат-ревут мужики посацкия.
Говорит тут Василей Буслаевичь:
– Гои еси вы, мужики новогородцкия,
Бьюсь с вами о велик заклат:
Напущаюсь я на весь Нов-город битися-дратися
Со всею дружиною хоробраю -
Таковы мене з дружиною побьете Новым-городом,
Буду вам платить дани-выходы по смерть свою,
На всякой год по три тысячи;
А буде же я вас побью и вы мне покоритися,
То вам платить мне такову же дань! -
И в том-та договору руки оне подписали.
Началась у них драка-бои великая,
А й мужики новгороцкия
И все купцы богатыя,
Все оне вместе сходилися,
На млада Васютку напущалися,
И дерутца оне день до вечера.
Молоды Василеи сын Буслаевичь
Со своею дружиною хороброю
Прибили ене во Наве-граде,
Прибили уже много до смерте.
А й мужики новгороцкие догадалися,
Пошли оне з дорогими подарки
К матерои-вдове Амелфе Тимофевне:
– Матера-вдова Амелфа Тимофеева!
Прими у нас дороги подарочки,
Уйми свое чадо милоя, Василья Буславича! -
Матера-вдова Амелфа Тимофевна
Принимала у них дороги подарочки,
Посылала девушку-чернавушку
По тово Василья Буслаева.
Прибежала девушка-чернавушка,
Сохватала Васку во белы руки,
Потащила к матушке родимыя.
Притащила Васку на широкой двор,
А й та старуха неразмышлена
Посадила в погребы глубокия
Молода Василья Буслаева,
Затворяла дверми железными,
Запирала замки булатными.
А ево дружина хоробрая
Со темя мужики новгороцкими,
Дерутца-бьются день до вечера.
А й та-та девушка-чернавушка
На Вольх-реку ходила по воду,
А змолятца ей тут добры молодцы:
– Гои еси ты, девушка-чернавушка!
Не подай нас у дела ратнова,
У тово часу смертнова! -
И тут девушка-чернавушка,
Бросала она ведро кленовоя,
Брала коромысла кипарисова,
Коромыслом тем стала она помахивати
По тем мужикам новогороцкием,
Прибила уж много до смерте.
И тут девка запышалася,
Побежала ко Василью Буслаеву,
Срывала замки булатныя,
Отворяла двери железные:
– А й спиш ли, Василей, или так лежиш?
Твою дружину хоробраю
Мужики новогородцкия
Всех прибили-переранили,
Булавами буйны головы пробиваны.-
Ото сна Василей пробужаетца,
Он выскочил на широкой двор,
Не попала палица железная,
Что попала ему ось тележная,
Побежал Василей по Нову-городу,
По тем по широким улицам.
Стоит тут старец-пилигримишша,
На могучих плечах держит колокол,
А весом тот колокол во триста пуд,
Кричит тот старец-пилигримишша:
– А стой ты, Васка, не попорхиваи,
Молоды глуздырь3), не полетываи!
Из Волхова воды не выпити,
Во Нове-граде людей не выбити;
Есть молодцов сопротив тебе,
Стоим мы, молодцы, не хвастаем! –
Говорил Василеи таково слово:
– А й гои еси, старец-пилигримишша,
А й бился я о велик заклад
Со мужики новогородцкими,
Апричь почеснова монастыря,
Опричь тебе, старца-пилигримишша,
Во задор войду – тебе убью! -
Ударил он старца во колокол
А й тои-та осью тележную,–
Начается4) старец, не шевелнитца,
Заглянул он, Василей, старца под колоколом
А й во лбе глас уш веку нету.
Пошол Василей по Волх-реке,
А идет Василей по Волх-реке,
По той Волховои по улице,
Завидели добрыя молодцы,
А ево дружина хоробрая
Молода Василья Буслаева:
У ясных соколов крылья отросли,
У их-та, молодцов, думушки прибыло.
Молоды Василей Буслаевич
Пришол-та молодцам на выручку.
Со темя мужики новогороцкими
Он деретца-бьетца день до вечера,
А уш мужики покорилися,
Покорилися и помирилися,
Понесли оне записи крепкия
К матерои-вдове Амелфе Тимофееве,
Насыпали чашу чистова серебра,
А другую чашу
Краснова золота,
Пришли ко двору дворянскому,
Бьют челом-поклоняютца: –
А сударыня-матушка!
Принимай ты дороги подарочки,
А уйми свое чадо милая,
Молода Василья со дружиною!
А й рады мы платить
На всякой год по три тысячи,
На всякой год будем тебе носить
С хлебников по хлебику,
С калачников по калачику,
С молодиц повенешное,
С девиц повалешное5),
Со всех людей со ремесленых,
Опричь попов и дьяконов.-
Втапоры матера-вдова Амелфа Тимофевна
Посылала девушка-чернавушка
Привести Василья со дружиною.
Пошла та девушка-чернавушка,
Бежавши-та девка запышалася,
Нелзя протти девки по улице:
Что полтеи6) по улице валяютца
Тех мужиков новогороцкиех.
Прибежала девушка-чернавушка,
Сохватала Василья за белы руки,
А стала ему росказавати:
– Мужики пришли новогороцкия,
Принесли оне дороги подарочки,
И принесли записи заручныя
Ко твоей сударыне-матушке,
К матерои-вдове Амелфе Тимофевне.-
Повела девка Василья со дружиною
На тот на широкой двор,
Привела-та их к зелену вину,
А сели оне, молодцы, во единой круг,
Выпили веть по чарочке зелена вина
Со тово урасу7) молодецкова От мужиков новгороцких.
Скричат тут робята зычным голосом:
– У мота и у пьяницы,
У млада Васютки Буславича,
Не упита, не уедено,
В красне хорошо не ухожено,
А цветнова платья не уношено,
А увечье навек залезено)!-
И повел их Василей обедати
К матерои-вдове Амелфе Тимофеевне.
Втапоры мужики новогороцкия
Приносили Василью подарочки
Вдруг сто тысячей,
И затем у них мирова пошла,
А й мужики новогороцкия
Покорилися и сами поклонилися.
LinkReply